Генерал-майор И.Д. Стаценко, командир 43(51) ракетной дивизии.

В 1955 году заочно окончил Военную академию имени М.В. Фрунзе, командовал 51 ракетной дивизией на Кубе в 1962 году в период Карибского кризиса. Неоднократно назначался председателем Государственной комиссии по испытаниям и приёмке на вооружение новых ракет, кандидат военных наук (1965 г). Награждён шестью боевыми орденами, орденом Ленина (1975 г.). Уволен из Вооружённых Сил в 1976 году. После увольнения в отставку с 1976 года работал в Институте военной истории и принимал активное участие в составлении Военной энциклопедии. Посмертно Игорь Демьянович был награждён Госсоветом Республики Куба высшим орденом «Че Гевара». Поэт и писатель, автор многих замечательных стихов, посвященных Кубе, нашей Родине и нашей братской дружбе, он в содружестве с историками Кубы написал книгу «Мужество и братство». Умер 20 октября 1987 года при выходе из здания АПН, где в этот день редактировал свою статью. Похоронен на Кунцевском кладбище в Москве.

ДОКЛАД ГЕНЕРАЛ–МАЙОРА И.Д. СТАЦЕНКО, КОМАНДИРА 51 РД,
О ДЕЙСТВИЯХ ДИВИЗИИ В ПЕРИОД С 12.07.1962 года ПО 01.12.1962 года.

На основании директивы Генерального штаба в середине июня 1962 года диви­зии была поставлена задача перейти на новые шта­ты (управление _ 6/322; полки Р–12 _ 6/332; полки Р–14 _ 6/334; ртб _ 6/333), принять в состав дивизии полк тов. Бандиловского и полк тов. Сидорова, в полк тов. Черкесова принять один стартовый дивизион и одну сборочную бригаду ртб. Части дивизии полностью укомплектовать личным составом, техникой и быть готовыми к переброске за границу для выполнения особой правительственной за­дачи.

1. Работа рекогносцировочных групп по выбору боевых порядков:

Во исполнение этого передовая рекогносци­ровочная группа прибыла на остров Куба 12.07.1962 года само­летом ТУ–114, в составе которой был я с начальни­ком ОПД штаба дивизии.

Рекогносцировочные группы полков приле­тели на остров Куба самолетом Ил–18 19.07.1962 года. На основании изучения задания на рекогнос­цировку, изложенного в директивах Генерального штаба, 14.07.1962 года был составлен план работы пере­довых рекогносцировочных групп, которым предусматривалось:

1. начать работу по рекогносцировке с облёта вначале западной, потом центральной части о. Куба;

2. на каждый полк выбирать два полевых позиционных района (ППР) с размещением управления полка при одном из дивизионов;

3. разделение на группы по районам с целью сокращения времени на проведение работ;

4. в состав рекогносцировочных групп полков включать офицеров отделов штаба командующего Группой советских войск на остров Куба;

5. организация взаимодействия с группой генерала Дементьева и Ге­неральным штабом Кубинской армии по обеспече­нию и охране рекогносцировочных групп в ходе ра­бот.

С прибытием рекогносцировочных групп пол­ков дивизии на остров Куба, т. е. 20.07.1962 года, до них был доведен план работы, тщательно по картам изучена местность, на которой предстояло работать, особо дорожная сеть, дан специальный инструктаж по ме­рам маскировки проводимых работ, изучен необхо­димый минимум слов на испанском языке и объяв­лены условия Кубинского Правительства по выбору районов: каждый район, представленный на отчуждение, должен быть по площади не более 400–450 га и с максимальным количеством отселяемого населения 6–8 семейств. Условия приводили в дальнейшем к скученности тех­ники в ППР.

В период с 21.07 по 25.07.1962 года районы распо­ложения полков, намеченные директивой Генераль­ного штаба, четырежды изучались с воздуха путём облёта их на вертолётах. Облётом на вертолётах была изучена запад­ная и центральная части о. Куба и установлено, что районы для полков товарищей Сидорова, Черкесо­ва и Бандиловского имеют сильнопересечённый ре­льеф местности, бедную растительность и слабо развитую дорожную сеть, а посему мало подходят для размещения ракетных полков. Одновременно было выявлено несколько новых районов: Мендоса, Харуко, Агуакате, Мадруга, Колисео, Лимонар, Консоласьон–дель–Норте, Колон, Лос–Арабос. 22.07.1962 года рекогносцировочные группы пол­ков выехали в предназначенные районы. В составе рекогносцировочных групп полков дивизии работали офицеры штаба Группы во главе с заместителем командующего ГСВК по боевой подготовке генералом товарищем Гарбуз Л.С. Отсутствие необходимого количества пере­водчиков, несмотря на успешное изучение испан­ского языка офицерами, влияло на работу реког­носцировочных групп.

Рекогносцировка показала, что центральная часть о. Куба (районы полков тов. Сидорова и тов. Черкесова) имеют резко пересечённую местность, бедную растительную массу, отсутствуют необходимые пло­щадки, а имеющиеся дороги не обеспечивают про­ход ракетной техники без проведения большого объёма скальных работ, водоносные слои залегают на глубине 150–200 метров, в районах действуют контрреволюционные банды. Таким образом, было установлено, что размещать полки в указанных рай­онах крайне нежелательно и нецелесообразно.

В дальнейшем, с разрешения командующего Группой войск, основные работы рекогносцировоч­ных групп были перенесены во вновь выявленные и намеченные нами на местности районы.

Всего в ходе работ в центральной части острова Куба (Матансас, Санта–Клара и Тринидад) было обследовано 107 районов общей площадью 620 кв. км, из них отрекогносцировано 20 общей площадью 110 кв. км, из которых было выбрано и утверждено 4 района:

– для полка тов. Сидорова – район Ситьесито и Калабасар–де–Сагуа;

– для полка тов. Черкесова – район Ремедьос и Силуэта.

В западной части острова Куба (Пинар–дель–Рио, Артемиса и Гуанахай) обследовано 44 района общей площадью 300 кв. км, отрекогносцировано 15 общей площадью 65 кв. км, из них выбрано и утверждено 6 районов:

– для полка тов. Бандиловского – оба района 10 км севернее Лос–Паласьос;

– для полка тов. Соловьёва – район Санта_Крус–де–лос–Пинос и Канделария;

– для полка тов. Коваленко – район Гуанахай (плато Эсперон).

Таким образом, для выбора 10 ППР потребовалось провести тща­тельную пешую рекогносцировку 151 района общей площадью 900 кв. км, растянутых с запада на восток на 650 км.

Вопрос размещения личного состава в землян­ках вместо палаточного лагеря изучался с первых же дней прибытия на Кубу. Тщательно изучив строение грунта и клима­тические условия, было установлено, что распола­гать войска в землянках в условиях тропиков не­возможно ввиду большого количества осадков и ис­парений. В связи с этим для размещения личного со­става части вынуждены были строить палаточные городки, которые впоследствии явились одним из основных демаскирующих признаков расположения войск на острове Куба.

Одновременно с рекогносцировкой районов проводилась подготовка к встрече частей:

– были рекогносцированы все намеченные ранее порты выгрузки. Из числа предназначенных портов для выгрузки частей были выбраны: порт Мариель для полков тов. Бандиловского, Соловь­ёва и Коваленко; порт Касильда для полков тов. Сидорова и Черкесова; порт Матансас для управ­ления дивизии и как запасный порт выгрузки полков тов. Сидорова и Черкесова. Для выгрузки ракет были определены порты Мариель и Касильда;

– произведена разведка и подготовка марш­рутов перевозки ракетной техники и ракет из портов выгрузки в полевые позиционные районы;

– в связи с тем, что дорожная сеть в централь­ной части о. Куба не обеспечивала проход ракет и техники, из порта Касильда силами армии и Министерства общественных работ Кубинской Республики в короткие сроки были проложены два сквозных маршрута в обход горного хребта Эскамбрай протяженностью 200 км каждый;

– до прихода войск планировалось оградить все ППР по внешнему периметру, но командование Кубинской армии смогло закончить ограждение только ППР части тов. Коваленко (плато Эсперон);

– силами и средствами Кубинской армии за­ново построены и улучшены подъездные пути во все полевые позиционные районы частей (общей про­тяженностью 52 км).

Вся деятельность рекогносцировочных групп и проводимые ими работы прикрывались общими и частными легендами прикрытия. Общая легенда: «Специалисты сельского хозяйства». Частные легенды: 1. строительство комплекса Р–14 (плато Эспе­рон) _ «строительство учебного центра советскими военными специалистами для Кубинской армии»; 2. работа геодезических групп _ «геологоразведывательные партии». Передвижение рекогносцировочных групп про­водилось на кубинских машинах мелкими группами и зачастую в кубинской форме. Для обеспечения работы рекогносцировочных групп командованием Кубинской армии было выде­лено три офицера. Охрана групп осуществлялась офицерами и солдатами разведбатальона личной охраны тов. Фиделя Кастро.

Цель проводимых работ содержалась в стро­жайшей тайне. О прибытии на остров Куба ракетных войск знал строго ограниченный круг лиц Кубинской армии: в начале работ тов. Фидель Кастро, тов. Рауль Кастро и начальник разведывательного управления Генштаба Кубинской армии тов. Педро Луис, в после­дующем 10 чел. и к моменту окончания работ в эти вопросы были посвящены 15 чел.

Следует отметить самоотверженный труд ку­бинского народа и армии при выполнении дорожных работ в подготовительный период и в период встре­чи кораблей.

Вывод: 1. Рекогносцировка боевых порядков дивизии и подготовительные работы были закончены своевременно, обеспечены встреча частей и сосре­доточение их в ППР в короткие сроки.

2. Опыт работы на острове Куба показал, что рельеф местности резко влияет на объём рекогносциро­вочных работ. На один выбранный район в централь­ной части острова обследовано 20–2 района, в западной части 7–8 районов.

3. Найденные и отрекогносцированные райо­ны – Агуакате, Мадруга, Мендоса наиболее подхо­дили для расположения ракетных полков, но не были утверждены, что в дальнейшем резко повлияло на организа­цию встречи и подготовку полка тов. Сидорова.

4. Привычный нам метод окапывания и строи­тельства землянок для жилья личного состава на о. Куба невозможен.

5. На острове Куба, как и в США, все электростан­ции вырабатывают электрический ток с частотой 60 Гц, что полностью исключает возможность исполь­зования местной электроэнергии для технических нужд советских войск, это должно было быть извес­тно ещё до начала работ рекогносцировочных групп.

2. Сосредоточение дивизии на острове Куба:

Всего для перевозки дивизии на остров Куба было запланировано 35 судов.

Сосредоточение дивизии на острове Куба началось только с 9.09.1962 года прибытием теплохода «Омск », первого корабля полка тов. Сидорова в порт Касильда. В периоде с 9.09 по 22.10.1962 года прибыло и было выгружено 24 судна, в том числе ракет:

в порту Касильда: 6 ракет на теплоходе «Омск» 9.09.1962 года;

8 ракет на теплоходе «Климовск» 22.09.1962 года;

в порту Мариель: 8 ракет на теплоходе «Полтава» 16.09.1962 года;

6 ракет на теплоходе «Красноград» 2.10.1962 года;

7 ракет на теплоходе «Оренбург» 6.10.1962 года;

7 ракет на теплоходе «Омск » 16.10.1962 года (2_й рейс).

Выгрузка ракет из кораблей производилась только ночью в условиях полного затемнения кораб­лей и портов. Во время выгрузки ракет внешние под­ступы к портам охранялись специально выделенным горнострелковым батальоном в составе 300 чело­век, переброшенным из района Сьерра – Маэстра.

Людьми этого же батальона в последующем обеспечивалась внешняя охрана ППР.

Внутри ограждения портов охрану нёс личный состав прибывших подразделений и выделенные штабом Группы оперативные работники. Подступы к выгружаемым кораблям со стороны моря охраня­ли боевые корабли и катера, а также специально проверенные и подобранные рыбаки из числа мест­ного кубинского населения. Через каждые два часа специально выделенные водолазы проверяли под­водные части кораблей и дно гавани в районе пирса.

Ракетная техника и грузы частей перевозились в позиционные районы только в ночное время не­большими колоннами. Сосредоточение ракет, установщиков и запра­вочных средств в полевых позиционных районах организо­вывалось и осуществлялось следующим образом:

– ракеты и крупногабаритная техника перево­зились только в ночное время в период с 00 до 5 часов;

– точное время выхода колонн с ракетами на­мечалось мною, но заранее не объявлялось;

– маршруты движения колонн с ракетами пе­рекрывались заранее на всем протяжении силами Кубинской армии и военной полиции;

– при перекрытии маршрутов создавались и имитировались автодорожные катастрофы с выво­зом «раненых» и «учения» частей Кубинской армии;

– за час–полтора до начала движения колонны с ракетами по маршруту, пускалась специально сфор­мированная колонна кубинских трейлеров или боль­шегрузных машин по ложным маршрутам;

— как правило, построение колонны с ракетами было следующим: мотоциклисты с радиостанциями, оперативная машина, в которой находились оперативный работник, переводчик и охрана, две легковых машины руководства колонной, машина прикрытия колонны, ракеты и тягачи, один кран и запасные тягачи, машина прикрытия с кубинской охраной, мотоциклисты с радиостанциями.

Весь личный состав, участвующий в подготов­ке и транспортировке ракет, в ночное время пере­одевался в форму Кубинской армии.

Разговоры и подача команд на русском языке категорически запрещались, все распоряжения от­давались заранее, широко использовались заучен­ные испанские слова и фразы.

При транспортировке установщиков и заправочных средств внешние очертания их изменялись под груженые большегабаритные кубинские машины.

Практически сосредоточение дивизии на острове Куба прекратилось 22.10.1962 года с объявлением блокады острова и возвращением в Советский Союз части кораблей, шедших на Кубу с личным соста­вом и техникой дивизии.

По состоянию на 22.10.1962 года 51 рд была сосредоточена на о. Куба в следующем составе:

– управление дивизии, батальон связи, отдель­ный инженерно–саперный батальон, полк тов. Сидо­рова и полк тов. Бандиловского в полном составе;

– полк тов. Соловьёва без двух батарей транспортировки и заправки, кроме того, на теплоходе «Юрий Гагарин», который был возвращён в Совет­ский Союз, находились начальник штаба полка, заместитель командира полка по тылу и большая часть управле­ния полка;

– полк тов. Коваленко, часть управления пол­ка во главе с командиром полка, батарея боевого обеспечения и одна стартовая батарея;

– полк тов. Черкесова , батарея боевого обес­печения;

– ртб тов. Шищенко, Романова, Кривцова и Коринец в полном составе.

Всего на остров Куба в составе дивизии прибыло: офицеров – 1404, солдат и сержантов – 6462, служащих СА – 90, всего: 7956 чел. Ракет – 42 (в том числе учебных – 6), головных частей – 36, полторы заправки компонентов топлива, машин – 1695, радиостанций – 72, строительных материалов и оборудования – 9425 тонн, продовольствия, снаряжения и обмундирова­ния более 1000 тонн.

Вывод: 1.Опыт подготовки дивизии к выполнению особой правительственной задачи показал, что мас­совая замена офицерского состава, сержантского и рядового состава резко влияет на организованность частей, слаженность штабов и боевых расчётов и снижает боевую готовность полков и соединения в целом (командир дивизии знал деловые качества только одного командира ракетного полка из пяти, было заме­нено около 500 офицеров и до 1000 сержантов и солдат).

Ракетные войска должны быть постоянно укомплектованы и готовы в любое время выполнить любое правительственное задание, даже с пере­броской на любое расстояние и на любых террито­риях в прежнем слаженном составе.

2. При передислокации необходи­мо предусматривать выдвижение управления диви­зии одним из первых транспортов, оставляя в райо­не прежней дислокации только незначительную оперативную группу для обеспечения отправки частей дивизии.

3. Выдвижение дивизии на остров Куба было чрез­мерно затянуто, в результате чего:

– полки, вооружённые ракетами Р – 14, не успели дойти, а полк тов. Соловьёва прибыл не полностью;

– резко увеличившаяся интенсивность пере­возок привела к тому, что в определенное время во

всех портах Кубы выгружались только ракетные полки, что затрудняло маскировку и могло

привести к преждевре­менному раскрытию принадлежности войск;

– была затруднена организация управления частями, так как штаб дивизии прибыл на Кубу толь­ко после сосредоточения на острове полков тов. Сидорова и тов. Бандиловского;

– совершенно не был учтён период тропичес­ких ливней.

На наш взгляд, переброску частей дивизии на острове Куба необходимо было осуществлять между час­тями ПВО и начать её раньше, учитывая, что сен­тябрь – октябрь на о. Куба _ период сильных тропи­ческих ливней. Первыми кораблями требовалось отправить инженерно–сапёрные и геодезические взводы, а также часть управления частей, о чём мною докладывалось. Ракеты отправлять с первы­ми кораблями было нецелесообразно.

3. Принятие дивизией боевой готовности:

Решением командования Группы советских войск на острове Куба дивизия приводилась в бое­вую готовность в следующие сроки: полки, вооружённые ракетами Р–12 _ к 1.11.1962 года, полки, вооружённые ракетами Р–14 исходя из сроков окончания строительства и монтажных работ в период с 1.11.1962 года по 1.01.1963 года. Планом дивизии в зависимости от ввода в строй комплексов Р–14 и прибытия частей предусматрива­лись сроки приведения их в боевую готовность:

полка тов. Сидорова – 20.10.1962 года;

полка тов. Бандиловского – 25.10.1962 года;

полка тов. Соловьёва – 1.11.1962 года;

полка тов. Коваленко: 1–й дивизион к 7.11.1962 года; 2–й дивизион к 1.12.1962 года;

полка тов. Черкесова: 1–й дивизион к 1.12.1962 года; 2–й дивизион к 1.01.1963 года.

Ввод в строй стационарных позиций ракетных полков, вооружённых раке­тами Р–14, зависел от хода строительства сооруже­ний, доставки технологического оборудования, мон­тажа и испытаний, которые были явно затянуты (бри­гады монтажников без оборудования находились целый месяц).

В связи с установлением директивой Гене­рального штаба от 8.09.1962 года № 76438 сжатого срока приведения частей в боевую готов­ность инженерные работы в ППР велись днём и но­чью. Проверка ракетной техники и комплексные за­нятия проводились только в тёмное время суток с полным соблюдением всех мер маскировки. С объяв­лением блокады о. Куба все работы велись только в тёмное время. Одновременно с проведением инже­нерных работ по оборудованию ППР проверялись наземное оборудование на функционирование и боезапас ракет. Головные части, сосредоточенные на групповом складе, к 15.10.1962 года были полностью проверены силами ртб дивизии.

К 20.10.1962 года была подготовлена, опробо­вана, но не задействована радиорелейная связь с полками тов. Бандиловского (100 км) и тов. Соловь­ёва (80 км). Радиорелейную связь с полком тов. Си­дорова установить было невозможно ввиду большо­го расстояния (250 км). К тому времени полностью были развёрнуты и подготовлены к работе все ра­диосредства. В связи с неустойчивостью и ненадёж­ностью телефонной связи с 00 часов 20.10.1962 года была установлена круглосуточная работа радиосе­тей в режиме дежурного приема. Таким образом, практически управление частями с КП дивизии и КП частей было готово к исходу 20.10.1962 года.

20.10.1962 года полк тов. Сидорова полностью приведен в боевую готовность.

Непрерывные тропические ливни задержива­ли окончание инженерных работ в позиционных рай­онах полков тов. Бандиловского и Соловьева, осо­бенно неблагополучное положение сложилось в полку тов. Бандиловского, на усиление которых в период с 20.10 по 22.10.1962 года были переброшены 2 роты инженерно–сапёрного батальона дивизии. В 18.00 22.10.1962 года Правительство США объяви­ло блокаду острова Куба.

В 5.40 23.10.1962 года Премьер–министр и Глав­нокомандующий Вооружёнными Силами Кубинской Республики отдал приказ – все Революционные Во­оружённые Силы поднять по тревоге. В республике было объявлено военное положение.

К 8.00 23.10.1962 года части дивизии были при­ведены в повышенную боевую готовность. Полк тов. Сидорова, приведенный в боевую готовность 20.10.1962 года, был готов выполнить поставленную задачу. Полк тов. Бандиловского и 2–й дивизион пол­ка тов. Соловьёва, несмотря на то, что ещё не пол­ностью были закончены инженерные работы в ППР, практически были готовы выполнить задачу.

В 11.30 23.10.1962 года два американских истре­бителя на высоте 100 – 150 метров вторглись в воз­душное пространство острова Куба и прошли над боевыми порядками полков тов. Соловьёва и Бандиловского. В 11.32 пара американских самолётов прошла над боевыми порядками полка тов. Сидорова, а в 12.00 над боевыми порядками полка тов. Черкесова.

С этого момента начались систематические безнаказанные свободные разведывательные полё­ты американской авиации над территорией острова Куба и боевыми порядками дивизии на высотах 50 – 100 метров, которые продолжались до 27.10.1962 года, т. е. до того момента, когда был сбит самолёт U–2 на высоте 21 км и силами ПВО Кубинской армии само­лёт Ф–106 на низкой высоте.

Позже было установлено, что военно–воздуш­ные силы США безнаказанно вели систематическую разведку и фотографирование кубинской террито­рии, начиная с 1.08.1962 года, находясь вне зоны до­сягаемости радиолокационных средств ПВО Кубин­ской армии.

Так, в августе месяце было совершено 60 са­молёто – пролётов над кубинской территорией, а сред­ствами ПВО Кубы было обнаружено только 10. В сентябре 23 самолёто – пролёта, а обнаружено 7. До 22.10.1962 года был совершен 71 пролёт самолё­тов США над островом Куба.

В этих сложных условиях резкого обострения международной обстановки, реальности начала бо­евых действий и возвращения части наших кораб­лей в СССР для обеспечения боеготовности полка тов. Соловьева в ночь на 24.10.1962 года мною был отдан приказ изъять резервные и часть штатных агрегатов заправочного оборудования из полков тов. Сидорова и Бандиловского и передать их тов. Соловьёву, недостающим личным составом полк укомплектовать за счёт этих же частей и пол­ка тов. Коваленко, в связи с чем в каждом полку были отработаны графики подготовки первого зал­па с учётом некомплекта заправочного оборудо­вания.

К исходу 25.10.1962 года укомплектование полка тов. Соловьёва было закончено. Для укомплектования полка было передано 20 офицеров, 203 сержанта и солдата, 10 агрегатов 8Г131, 4 агре­гата 8Г210 и 6 агрегатов 8Г113, из них 44 человека, 5 агрегатов 8Г131, 2 агрегата 8Г210 и 3 агрегата 8Г113 были переброшены из полка тов. Сидорова на расстояние 480 км. 24.10.1962 года штабы частей практически орга­низовали взаимодействие с мотострелковыми пол­ками по обороне ППР.

К исходу 25.10.1962 года полк тов. Бандиловского и второй дивизион полка тов. Соловьёва были приведены в боевую готовность.

Непрерывные полёты американской авиации над расположением частей создали угрозу вскрытия боевого порядка дивизии. С целью вывода частей из под возможного удара командованием дивизии 24.10.1962 года было принято решение выбрать новые ППР с целью совершения манёвра. Выполнению принятого решения мешало от­сутствие запасных комплектов СП–6. 25.10.1962 года инжене­рами дивизии был разработан способ замены СП–6 имеющимися в наличии закладными частями при­менительно к полевым условиям. 26.10.1962 года решение было доложено заместителю командующего Группой советских войск и замести­телю начальника ГШ РВ, и только решение Прави­тельства о выводе дивизии с острова Куба остановило подготовку и выполнение этого манёвра.

В связи с угрозой нанесения авиацией США бомбоштурмового удара по частям дивизии рано утром 24.10.1962 года командованием Кубинской ар­мии было принято решение снять значительную часть зенитных средств с прикрытия города Гавана и перебросить их на прикрытие ракетных полков. Одновременно частям был отдан приказ рассредо­точить всю технику в ППР. Каждый ракетный дивизион прикрывался одной 57 мм и двумя 37 мм зенитными батареями, кроме того, для прикрытия порта Ла–Исабела, где в то время находился теплоход «Александров» с ГЧ, и ди­визионов тов. Сидорова было задействовано две 100 мм зенитные батареи.

Таким образом, всего было выделено: 37 мм батарей – 12; 57 мм батарей – 4; 100 мм батарей – 2 . КП дивизии прикрывался двумя взводами 23 мм орудий, снятых с кораблей.

С целью сокращения времени на подготовку первого залпа полком тов. Сидорова в ночь с 26 на 27.10.1962 года головные части были переброшены на расстояние 500 км из группового склада в ППР.

К исходу 27.10.1962 года первый дивизион пол­ка тов. Соловьёва был также приведен в боевую го­товность и полностью закончена проверка боезапа­са ракет.

Вывод: 1. Личный состав дивизии, выполняя особое правительственное задание, показал высокое чув­ство ответственности за порученное дело, беззавет­ную преданность Коммунистической партии и Советскому правительству.

2. В сложных условиях резкого обострения меж­дународной обстановки, блокады о. Куба и непосред­ственной угрозы нанесения удара с воздуха самоот­верженным трудом личного состава в непривычных тропических условиях 51 рд была приведена в бое­вую готовность раньше намеченного срока:

— полк тов. Сидорова сосредоточился на о. Куба в период с 9.09. по 8.10.1962 года и через 12 суток после прибытия последнего корабля, 20 октября 1962года полностью приведен в боевую готовность;

— полк тов. Бандиловского сосредоточился в период с 16.09. по 15.10.1962 года и через 10 суток после прибытия последнего корабля, 25.10.1962 года был полностью приведен в боевую го­товность;

— полк тов. Соловьёва сосредоточился в период с 6.10. по 22.10.1962 года и через трое суток после прибытия последнего корабля в порт, до объявления блокады, несмотря на то, что часть техники полка не прибыла, к 25.10.1962 года был приведен в боевую готовность 2 рдн и к 27.10.1962 года 1рдн.

3. Таким образом, 51 рд сосредоточилась и была приведена в полную боевую готовность на о. Куба за 48 суток с момента прибытия первого ко­рабля, т. е. 27.10.1962 года дивизия была способна нанести удар всеми 24 стартами. В связи с тем, что сооружения № 20 не были окончены строительством и ГЧ были сосредоточены в групповом складе на удалении от полка тов. Соловьёва – 110 км, тов. Бандиловского – 150 км, а тов. Сидорова – 480 км и некомплектом заправочных средств, готовность полков согласно разработанным графикам определялась: полков тов. Соловьёва и Бандиловского 14–16 часов; полка тов. Сидорова – 24 часа, а с 27.10.1962 года после переброски ГЧ в ППР – 10 часов.

4. Передислокация дивизии в Советский Союз:

В 15.00 28.10.1962 года Командующий Группой советских войск на острове Куба объявил мне директиву № 7665 от 28.10.1962 года, в кото­рой Министр обороны СССР на основании решения Советского Правительства приказал демон­тировать стартовые позиции, а дивизию в полном составе передислоцировать в Советский Союз. В период с 29.10 по 31.10.1962 года части дивизии полностью закончили демонтаж стартовых позиций.

В 15.30 31.10.1962 года при встрече с исполняю­щим обязанности Генерального секретаря ООН У. Таном и послом СССР в Республике Куба тов. Алек­сеевым мною было доложено, что стартовые по­зиции полностью демонтированы.

В 12.00 1.11.1962 года поступила директива Министра обороны СССР, которой было приказано в первую очередь погрузить все ракеты на имеющиеся корабли до 7.11.1962 года и не позднее 10 ноября отпра­вить их в Советский Союз. Ракеты грузить на палубы кораблей. Во испол­нение директивы к 2.11.1962 года все ракеты были со­средоточены в портах погрузки. Погрузка ракет на ко­рабли началась 3.11.1962 года и закончена 8.11.1962 года.

Отправка ракет проходила в исключительно сложных и трудных условиях, обстоятельства сло­жились так, что к этому времени на о. Куба оказа­лись корабли старой постройки, палубы их загромож­дены различными надстройками, большегрузные стрелы, как правило, отсутствовали, а порты погрузки плохо оснащены крановым хозяйством. Работа по погрузке кораблей не прекращалась ни днем, ни но­чью. Первым из порта Мариель с четырьмя ракета­ми на борту в 15.30 5.11.1962 года вышел теплоход «Дивногорск». Последние 8 ракет с о. Куба вывезены из пор­та Касильда теплоходом «Ленинский комсомол» в 8.30 9.11.1962 года Решение Советского Правительства и приказ Министра обороны СССР о вывозе ракет с острова Куба был выполнен досрочно.

В период с 1.11. по 9.11.1962 года было по­гружено 12 кораблей, в том числе 1 пассажирский, на которых было отправлено в Советский Союз: личного состава – 3289 человек, ракет – 42, техники – 1056 единиц. В связи с подходом кораблей из СССР передислокация дивизии разде­лилась на 2 этапа.

Второй этап начался 18.11.1962 года по­грузкой теплохода «Черняховск». На втором этапе погружено на корабли и от­правлено: личного состава – 3716 человек, техники – 985 единиц.

Необходимо отметить, что выгрузка наших прибывающих кораблей с коммерческими грузами в портах о. Куба шла очень медленно, от 7 до 10 и более суток, в то время как погрузка занимала 2–3, макси­мум 4 суток при отсутствии кранового хозяйства, изыскании и загрузке кораблей балластом.

Во исполнение директивы Министра обороны СССР № 76676 от 1.11.1962 года было передано в части Группы и оставлено на острове Куба: автомобильная рота, дивизионная автомо­бильная ремонтная мастерская, инженерно–сапер­ный батальон и полевой хлебозавод в полном со­ставе.

Всего было передано в части Группы: офицеров – 14, солдат и сержантов – 937, автомашин – 402.

Погрузка личного состава и техники ди­визии на корабли была закончена 12 декабря 1962 года.

Вывод: Таким образом, всего было погружено 24 корабля, в том числе 4 пассажирских, на которых отправлено в Советский Союз: офицеров – 1390, сержантов и солдат – 5525, служащих СА – 90, итого 7005. Ракет – 42, техники – 2041 ед. Ракеты и техника отправлены технически исправными.

Политико–моральное состояние личного со­става здоровое, воинская дисциплина удовлетворительная. Подавляющее большинство офицеров, сер­жантов и солдат с чувством высокой ответственнос­ти выполняли особое правительственное задание, показали исключительную организованность и дис­циплину.

При сосредоточении и приведении дивизии в боевую готовность личный состав не жалел ни сил, ни времени для того, чтобы в самые короткие сроки стать грозной боевой силой для американских агрессоров и в самые тяжёлые дни для дела Кубин­ской революции готов был отдать свою жизнь, с че­стью выполнить любой приказ Коммунистической партии и Советского Правительства. Высокая коммунистическая сознательность, сплочённость, хорошая боевая выучка, преданность делу коммунизма и пролетарского интернационализ­мА – эти качества привиты нашим воинам кропотли­вой, целеустремленной работой командиров, полит­работников, партийных и комсомольских организаций.

Лучшими по организованности, состоянию во­инской дисциплины, боевой и политической подго­товке являются полки тов. Соловьёва и Сидорова. Здесь не было чрезвычайных происшествий и гру­бых нарушений воинской дисциплины.

Общие выводы и предложения:

1. Выполняя особое и ответственное правительственное задание, 51 ракетная дивизия самоотверженным трудом всего личного состава в исключительно ко­роткие сроки была приведена в боевую готовность тремя полками и могла по приказу Советского Правительства произвести залп дивизией через 16 ча­сов с момента получения сигнала.

2. Опыт подтвердил возможность переброски частей и соединений ракет стратегического назначения железнодорожным и водным транспортом на любые расстояния и приведения их в боевую готовность в сжатые сроки.

Действия дивизии на о. Куба показали, что со­единение, вооружённое ракетами Р–12, может совер­шать манёвр и нанести удар из вновь назначенного и малооборудованного ППР через 15 – 20 суток.

3. Для повышения маневренности полков, воо­ружённых ракетами Р–14, необходимо создать подвиж­ный вариант наземного оборудования и доработать СП–7, Мобильности и неуязвимости ракетных войск можно достигнуть, имея лёгкое и компактное назем­ное оборудование, а ракеты на твёрдом топливе.

4. Кроме стационарного КП в дивизии и пол­ках необходимо было бы иметь и подвижный штатный запасный командный пункт в сокращённом составе с полным оборудованием и средствами управления, что позволит немедленно по прибытии развернуть боевое управление, не ожидая полного развёртывания и оборудования стационарного КП, в последующем использовать его как ЗКП, не привязывая его к одному из КП полков.